?

Log in

No account? Create an account

Михаил Богатырёв (Париж) Светлой памяти художника А. Путова посвящаю эти строки...
aesthetoscope
Вот и не стало Саши Путова… Унесла его река времён.
Художник Александр Путов жил сплошной жизнью сердца, тонко, слёзно и безошибочно чувствовал трагические узлы-сплетения творчества и бытия. Он сопереживал талантливым молодым бездомцам, всегда поддерживал их советом, а зачастую и материально. Под его крылом отогревались художники Батусов и Молев, музыканты Арчугов и Давшан... Хорошо помню, как он кормил меня греческими сэндвичами в Монтрое... А однажды (дело было в сквате возле Троицкой церкви) безо всякого сожаления располовинил свой запас красок, стоило мне лишь заикнуться о том, что у меня кончились материалы... Саша обладал несомненным даром притягивать к себе заблудившихся фантазёров, искателей и недотёп; он радовался как ребёнок, когда встречал в окружающих биение мысли, движение к подлинности.
Читать дальше...Свернуть )
Метки:

Александр Очеретянский (Нью-Джерси)
aesthetoscope
* * *

Пусть будет у меня не чёрный глаз даже
А чёрное глазище
Чтоб облеченный властью человечек
Боль испытал
Боль продолжительную боль
Боль испытал испытывал бы боль
Боль день за днем
Одну и ту же боль
Тупую ноющую боль

30.4.05

Читать дальше...Свернуть )
Метки:

Феликс Чечик (Нетания, Израиль)
aesthetoscope
* * *

То ли снег, то ли пух тополиный.
Мягко стелет, да холодно спать.
Приползу на карачках с повинной.
Нет прощения. Мне ли не знать.

Снег растаял со скоростью пуха.
Отчего же не стало теплей?
Затянулась моя невезуха,
затянулась на шее твоей.

2004


Читать дальше...Свернуть )
Метки:

Владимир Тугов (Москва)
aesthetoscope
Опальное солнце

Простив нечестивцам их мету,
неправый безжалостный суд,
опальные люди по свету
опальное солнце несут.

Откуда бы ни были родом,
сюртук ли на них, иль мундир,
они разделяют с народом
работу любую и пир.

Я чувствую это и вижу:
волнуя музыкою сход,
они приближают к Парижу
Читу и Петровский Завод.

Я вижу и чувствую это:
в другие лихие года
от них наполняется светом
седого Урала гряда.

И верно от них, не иначе
(ты истине этой внемли),
все месторожденья удачи
и клады души и Земли.

И вот уже крестится старче,
держа на ладони пирит...
Должно быть, чем ниже — тем ярче
опальное солнце горит.

Судьбой подтверждая примету,
как самый священный сосуд,
опальные люди по свету
опальное солнце несут.


Читать дальше...Свернуть )
Метки:

Александр Моцар (Киев)
aesthetoscope
***
Лесе Синиченко

1


Лицо сморщилось и выдавило слезу.
Смахнула на землю комочек боли.
Земля все примет. Земля принимает форму ту…
Короче – форму ладони.
Форму горсти воды или горсти зерна,
Руки протянутой за подаянием.
Ты не понимала, почему беда.
Или делала вид, что не понимала.
Ты разучивала песни птиц.
Молчание березовых сумерек.
Ты не понимала, почему слеза на реснице.
Или делала вид, что понимала совсем другое.


***

2

Губы змеей изогнула,
Бросила «да», как перчатку на стол, скомкав.
Ночь по щеке – песцовым серебряным мехом.
Снег в свете фар – косым библейским потопом.


***

3

Ты гуляешь по крышам вприпрыжку, как дождь в мае.
Утро – полынною горечью тает.
Утро тает леденцом мятным на сдачу.
Слушаешь птиц. Поезд везет людей на дачу.
Утро – капля тяжелой росы. Зрачок мира.
Отразилось мгновенье пчелой. Жалит ладони ребенка крапива.
Ты гуляешь по крыше дождем, вспоминая огромное детство.
Ветер к югу ведет облака, как пастух овец
на луга заливные. Под козырьком ладони –
напрягаешь свой взгляд. Ты видишь все, кроме…


Читать дальше...Свернуть )

Другие стихотворения Александра Моцара в редакционном портфеле Aesthetoscope
Метки:

дмитриЙ зимиН (Смоленск)
aesthetoscope
рефлексия

Я стою,
прищурив левый глаз, –
(портится зрение)
в руках моих
мысли смеются, –
(угрызение совести)
Я причесываю их любя, –
(привычка),
а напротив
собеседник
в роговой оправе
отражение
мое протирает
(а может, стирает)
жирной салфеткой, –
(рефлекс).

6 июня 2003

Читать дальше...Свернуть )
Метки:

Игорь Бобырев (Донецк)
aesthetoscope
Буквы

на белой бумаге
сто муравьев
сочетание буквы


Читать дальше...Свернуть )
Метки:

Александр Елеуков (СПб). Псалмы, сонеты и песни, печальные и благочестивые
aesthetoscope
Я не знаю, как это вернее назвать... Крутятся на языке слишком научные, черезчур механистические, ах! такие непоэтичные! слова – алгоритмы, архетипы, конструкты... Я говорю о сюжете стихотворения. Понятно, что – какой там сюжет? – применительно к короткой литературной форме. Относительно стиха, рассуждать об этом так же странно, как анализировать дискурс крика... Раскладывать по контрахордам стон роженицы, вписывать на нотный стан утренний щебет в саду... И все же, и все же...
Когда я читаю стихотворение, я отчетливо понимаю, – сложилось ли оно. Я могу уверенно сказать – пустое оно или нет, была ли у автора веская причина для высказывания или неловкость случилась оттого, что в руке оказалось перо. Когда пишу – то же самое – я чувствую, что пока чего-то недостает, словно вдох не закрыт выдохом, словно жалоба не оправдана горькой иронией. И тяну тон, подгибаю пластилиновые ручки и ножки, перебираю слова, путаясь между красивостью и неловкостью. Стоит ли признаваться, но я при этом чувствую, куда клоню, и чувствую почти рассудочно. Если можно говорить о рассудке в пространстве вздора и блажи... Так, словно подсказываю тому, кто показывает мне сны, что должно быть дальше...
Метки:

Александр Елеуков (СПб). Псалмы, сонеты и песни, печальные и благочестивые
aesthetoscope
Люблю Блока, люблю Рембо, ну и что? Как романтичны их обороты, как пробивают они пределы, воодушевляясь, взмывая... И опять – «а я могу написать так же?» Стараешься, стараешься, подчиняясь чужому ритму и непрожитому чувству... И только потом вдруг понимаешь, что лучшее случалось тогда, когда, устав, вдруг печалился о своем, когда, взматерившись, переставал приноравливаться к чужому поэтическому слогу...
Есть отчетливые признаки беспомощности творца и самый очевидный из них – стремление к подражанию, к следованию образцам, желание вторить чужой песне. Спокойный, выверенный лексикон, узнаваемый ритм, твердые, словно вычеканенные рифмы, – все это можно счесть как признаком поэтической зрелости, так и симптомом творческой немочи... Есть что-то словно нечестное в слишком спокойном, слишком пустом, слишком правильном стихотворении, знаете ли.
Я твердо уверен, что подражательство – убедительный признак творческой беспомощности. Вот говорят: это творческий диалог, просто один поэт подхватывает интонацию, слог, ритм другого. Но такой диалог я бы отнес скорее к категории литературных забав, к разряду филологических упражнений, но не к творчеству как таковому.
Одной из самых нарочитых разновидностей поэтического манерничанья является стилизация – поэт демонстративно надевает на себя маску расхожего лирического образа и начинает говорить на специальном, стилизованном языке. Легко вспоминаются стилизации под «высокий стиль», под «фольклор», под «плачи», под «речевку». Объединяет эти, столь разнородные произведения – нарочитость, неестественность, или игровой элемент, если угодно. И различаются они – степенью искренности игры. Как ребенок, играя, может либо хладнокровно бросить поломанную куклу, либо обреветься над сломанной ножкой человечка из желудей…
Метки:

Михаил Богатырев (Париж). Лестница (рисунки и чертежи - В.Тимофеев, Нью-Йорк)
aesthetoscope
ПРОЧЕРКИ (режиссура и пунктуация)

 

Я площадь вымысла глазами
Обмерял. Взяв размер попроще,
Прочел слова: ВЫ ЭТО САМИ
СКАЗАЛИ (прочерк) ЭТО (прочерк).

ПОДЪЕЗД и ДОМ, - шептали тени.
Евгений скромным пешеходом
Вошел, качаясь как растенье,
И – вверх, по лестничным пролетам!

ВЫ ЭТО САМИ. ЭТО (прочерк)
СКАЗАЛИ... ВЫСКАЗАЛИ, ТО ЕСТЬ...
А там – ряды каких-то точек.
Года и дни теряют голос.

А там, в космических абзацах,
Качались выспренные дамы...
«Я Вам позволила касаться...»
«Евгений, помните, когда мы...»

ВЫ ЭТО САМИ (снова прочерк).
И вновь обмеряны глазами
Слова... Ряды каких-то точек.
И вновь слова ВЫ ЭТО САМИ


Читать дальше...Свернуть )Читать дальше...Свернуть )
Метки:

Виталий Амурский (Париж)
aesthetoscope
В пригородном поезде (RER, линия C)

Он/она входит в вагон
Садится меня напротив
Раскрывает крылья газеты
Пряча лицо свое
За снимками и заголовками
О...

Перед «Gare d’Austerlitz»
Газета превращается в пухлую
Пачку шуршащих листов
И забирается в его/её сумку
Привычно, будто
Всегда жила там

Но теперь-то я знаю
На что похоже его/её
Лицо
Какого цвета у него/неё
Глаза за стеклами очков,
Какое выражение губ

Он/она встает
И, не взглянув на меня
Выходит на перрон
Исчезая среди других
Пассажиров
Торопящихся или нет

Сейчас другой/другая
Займет место напротив
С газетой
Книгой
Телефоном
Плеером
 
А мне ехать еще двадцать
Минут
Целых двадцать
Как вечность
Особенно
В понедельник


Читать дальше...Свернуть )
Метки:

Александр Елеуков (СПб). Псалмы, сонеты и песни...
aesthetoscope
Мне не нравится пафос в стихе. Мне не нравится пафос в стихе. Сказал два раза – и задумался – так ли он плох? Чем стихосложение отличается от иных видов искусств? Так же, как театральное искусство, оно может быть игровым, и так же как лицедейство – вполне допускает известную степень отчуждения автора и слушателя от материала. О чем я? Я вдруг представил себе юного Сашу Рижанина на подмостках ДК им. Газа в Ленинграде – в белом свитере с пышным воротником, с длинными рукавами и волосами до плеч. Это была игра в поэзию – манерная, эпатажная, с перехлестом до ощущения неловкости, до улыбки в самых «трагических» местах – но это ведь была и поэзия...
Пишет девушка: «Мне понравились Ваши стихи. Они, правда, Ваши? Я тоже пишу», и дает ссылку. Мне, честно говоря, давно неинтересна поэзия, мне становится грустно от необходимости читать, но я добросовестно открываю страничку и читаю...
Я люблю поэзию, но я давно нашел своих любимых поэтов и любимые строчки. Мне не нужно снова испытывать чувства и испытывать душу переживанием чужих опытов стихосложения. Мне не нужно! Мне не нужно даже перечитывать Рембо, Пруткова, Мандельштама, Уитмена, я просто знаю, что на свете есть та гармония смысла и его звучания, которая позволяет мне быть в мире с миром.
Почему же я все-таки считаю себя обязанным читать эти зачастую неуклюжие, а порой искренние до неловкости тексты? Что заставляет меня искать деликатные выражения для ответа? Неужели только память о себе – юном поэте, так жаждавшем признания? Только сочувствие к себе, бывшему? К чему бы эта ответственность перед словом, перед порывом, перед наивностью?
Пишите, обязательно пишите! Пишите для себя повзрослевшей и поумневшей, для детей и внуков! Пишите в память об опыте чувств, в назидание и для умиления! Как угодно – пишите...
Только, ради бога, не считайте это все поэзией. Слова, не обращенные к читателю, не предполагающие его, не уважающие его слух и чувства – не поэзия. Не вылюбленное, не выношенное, не рожденное с кровью – не поэзия...
Метки:

Чистый лист
aesthetoscope
Чистый лист
Метки:

Арсен Мирзаев (Санкт-Петербург). Стихи
aesthetoscope
* * *

есть стихи
но нету блеска

есть блесна
но где же леска

нет стихов
но есть слова
из свинца и
о-ло-ва

нет рыбалки
есть грузило

вот и славно
вот и мило

нету слов
но есть молва

где молва
а где волна

никогда мы не умрем
ветер горы зверь цветок

напишу я вас живьем
точка точка
завиток


Читать дальше...Свернуть )
Метки:

Ирина Долгова (Рига). Tres partes – Натрое (Фрагмент из романа)
aesthetoscope
С яблоками – и на Волхонке!.. По Остоженке – со стогами сена!..
– «Хам» – обзывается Лёля, – материя называлась «хам», – извиняется с томом Владимира Даля, – хамовники были ткачи.
– Они измеряли косой или косовой саженью, – вторю с толковым словарём, – говорили «косяк» об отрезе ткани.
– Была мера от конца большого пальца вытянутой ноги человека до конца указательного пальца поднятой руки противной стороны (местами, той же).
– Накось, около трёх аршин.
– Аршин – татарская погонная мера.
– Четыре четверти (пяди), по четыре вершка (верха пальца); треть сажени; длина всей руки от плеча; вольный шаг человека; 2 и 1/3 русского или английского фута; 0,711 метра.
– Значит: какой человек – такая и мера? – пристаёт мальчик к матери на соседней скамье, – купи и мне эту книгу, – упрашивает её.
– Потом, – обещает та. – Арба гремит где-то!.. – отвлекает сына. – Повозка, телега различной постройки у народов турецкого и татарского племени.
– Да, народы эти никогда не смазывают осей, говоря: «не воры едут, таиться нечего».
– Это не тележный след, арбиный – отличают они.
– В народе говорят, арбой поёт, скрипит как арба.
Так проступает Арбат – страдный и ратный путь, как ни на какой улице. Видится дорога русских войск, возвращавшихся с Бородинского поля. Раненых опускали на солому на обочинах мостовой улицы и площади, откуда разбирали их по домам москвичи – на жизнь или на смерть.
Читать дальше...Свернуть )
Метки:

Аник Мм (http://www.diary.ru/~anik-mm)
aesthetoscope
полосы от самолета улетая слишком поздно возвращаясь слишком рано часовые пояса
минус ноль – и всё на месте
========================
полосы от самолета
людилюдинетпрохода
в здании аэропорта
всё пропало=потерялось
ноль в названии билета
========================
полосы от самолета
гдемыгдеявертикально
удаление всех писем
всё пропало=потерялось
ноль входящих сообщений
========================
полосы от самолета
БожеБожекакмнескучно
игры в поддавки на деньги
всё пропало=потерялось
ноль историй о поездках
========================
полосы от самолета
белымчернымнарисуешь
телефонный номер слева
всё пропало=потерялось
ноль перед последней цифрой
========================
полосы от самолета
пойкричичтомнезадело
меньше часа до земли
я пропала=потерялась
ноль итог всего полета
========================
полосы от самолета улыбаясь солнцу после возвращения с рассветом часовые пояса
плюс нули – и всё на месте
Метки:

Митрич (Бретань). Мой мастихин всегда со мной
aesthetoscope
Мой мастихин всегда со мной



Читать дальше...Свернуть )

Метки:

Паша Литовко (Загорск)
aesthetoscope
В старину косили хлеб
И умели слушать снег
Но никто, увы, не видел
Как находят Golden Middle

Dans les temps très très très vieux
ils ont su faucher le pain
à la recherche d’or du milieu
mais personne n’ont trouvé pas


Метки:

Александр Елеуков (СПб). Псалмы, сонеты и песни...
aesthetoscope
Можно ли научиться писать стихи? Нужно ли этому учиться?
Свое первое стихотворение я написал лет в двенадцать. Помню, что перед тем, как взяться за карандаш, подумал «а что, разве не смогу?» Попробовал, получилось что-то, вроде «Пейзаж уныл. Два цвета в нем – черный и белый. Один рисует флаг углём, другой мелом...». Я потом думал и понял, что это было стихотворение как бы про войну добра со злом, очень многозначительное такое. Написал, перечитываю, вслушиваюсь – стих! Чем не стих?
Потом, помнится, сижу, думаю: «о чем еще написать?» Смотрю – книжка, «Три мушкетера», я ее только что прочитал, открываю, читаю первые строки, о том, как д’Артаньян едет на коне. Ох, думаю, что же это «Трех мушкетеров» не написали стихами, – никак поленились! Книжка хорошая – дай-ка перепишу ее стихом!
Читать дальше...Свернуть )
Метки:

Александр Стесин (Нью-Йорк)
aesthetoscope
***
О. Мексиной

Зашкурит ветер суховейный
ночное небо добела.
От португальского портвейна
весь вечер голова светла.
А с юга облаком косматым
летит над каменной грядой
не то Осама с автоматом,
не то Хоттабыч молодой.

Блажен, кто мыслит скрупулезно,
блажен, кто портит общий фон,
кантуясь в скверике морозном,
где по субботам марафон.
И если каждому – по вере
за строгой выслугою лет,
мы остаемся в этом сквере,
как тот философ, без штиблет.
Как тот, присевший на поребрик
с газетной вырезкой в руке,
пока бравурный марш колеблет
отрепья флагов вдалеке.

2001

Читать дальше...Свернуть )

другие стихотворения Aleksandr Stesin в редакционном портфеле журнала Aesthetoscope

Метки:

Александр Елеуков (СПб). Псалмы, сонеты и песни...
aesthetoscope
Бытует мнение, что стихосложение требует использования какого-то особого языка, специальных «поэтических» слов и оборотов. Доля истины в таком мнении есть, но есть в нем и момент неправды. В самом деле, поэтическая речь принципиально отличается от обыденной – ритмом, рифмой, методом образного мышления, парадоксальностью воображения. И зачастую поэт, собравшийся написать стихотворение, ищет вдохновения в использовании специальных, «поэтических» слов и вдруг становится манерным, напыщенно-косноязычным, – попросту вызывает чувство неловкости и сострадания. В чем же здесь причина?
А неловкость в том и кроется, что стихотворение само по себе оказывается целью творца. «Дай-ка напишу стих!», говорит себе пиита и начинает вспоминать «поэтические» слова и обороты, представляет себя в особом, «поэтическом» состоянии – посмотрите на него в это мгновение, картина замечательнейшая – волосы всклокочены, карандаш покусан или – так порывисто – клацают клавиши, взгляд бродит по углам в поисках предметов и слов – «влюблен-пронзен-окаймлен-пройден…». «Вот и снова день пройден, Я навек в тебя влюблен…»
Метки:

Лелька. N из города N
aesthetoscope
В городе N
N выходит из дома
Под привычный кивок сонного дворника
И движется к букве горящего М,
Где зеленых вагонов прямоугольники,
Ни о чем не мечтая, то есть чисто технически,
Перемещают большие количества
В придуманых кем-то вагоноотсеках
Спешащих куда-то сонночеловеков,
   Натыканных в них, как селедки в бочки.
         И вот этот N доезжает до точки
                  А или В,
А дальше выходит и путь продолжает, 
И сердца хронометр отображает
Среднюю скорость пешеходного следования:
5 километров в час.
             О, этот час, эти 5 километров!
             Сколько вопросов, не зная ответа,
             Стучат в такт шагам и рвутся наружу
             В прокуренном горле в январскую стужу!

Читать дальше...Свернуть )
Метки:

Александр Елеуков (СПб). Псалмы, сонеты и песни...
aesthetoscope
Когда поэт идет напролом, он озадачивает читателя изломами ритма и причудливо неловкими рифмами. Он смиряется с нетвердой рифмой, разрешает себе недослышать явное.
Когда поэт ищет твердую рифму, он перебирает слова, которые могли бы подчеркнуть важность того единственного, самого важного, вдруг впавшего в созвучие. Тогда рифма подчеркивает значимость сказанного, придает слаженной фразе дополнительную весомость. Рифма - брачующаяся пара смыслов - становится наиважнейшим акцентом строфы, ее апофеозом и восторгом.
Метки:

Давид Шраер-Петров (Бостон). По направлению к морю (стихи 2004 года)
aesthetoscope
Внутренняя эмиграция
Максиму

Вот они мои горы, джунгли, прерии.
Все – на белом листе.
С пережатой главной артерией
Выживают лишь те,

Кто способен к воображению,
Неугнетенной мысли движению,
К аберрации буйств, к абстракции,
К внутренней эмиграции.

Мы с тобою такие. Можем зажаться,
Замолчать на десять, на сто лет.
Смысл не в том, чтобы умножаться,
Важен неповторимый след.

Мы сожмемся, окуклимся, станем спорами,
Чтобы выдержать космоса вечный гнет.
Перелетим над земными спорами.
Слышишь, метеорит поет?

Это наш корабль эмигрантский,
Загружай тетрадей черновики.
Мы с тобой познаем вселенское братство,
Да без России писать не с руки.

Читать дальше...Свернуть )

(Другие стихотворения цикла)
Метки:

Александр Елеуков (Санкт-Петербург). Псалмы, сонеты и песни...
aesthetoscope
Поэт должен быть один, говорил я, один – чтобы не путаться, не спрашивать, кто лучше, кто какой, кто для чего... Лучше всего, если стихотворение у поэта одно – самое лучшее, самое настоящее. И совсем здорово, если стихотворение короткое – чтобы его можно было легко запомнить, и чтобы оно было простым по мысли – чтобы его несложно было понять... Одна мысль, одно чувство, которое можно пересказать одним-тремя внятными словами – вот источник идеального стихотворения, для которого остается лишь создать уместную форму, которое нужно облечь в единственно верные слова, почти рассчетливо, холодной рукой, сухим языком. 
Метки:

Михаил Богатырев (Париж). Доски, облака и чистые листы без букв (эпиграф номера)
aesthetoscope
Эти буквы будут отдельно,
А за буквами будет туман,
Будто небо... (пауза) не за горами,
Облака же пойдут отдельно,  
будто стадо ушедших слов (варианты: «основ», «снов», «условий» и т. п.),
И вся эта тучная, сверхъестественная белизна будет разглаживаться постепенно,
Будто бы возвращаясь в монотонное состояние поверхности,
В чистый лист, о котором будет известно, что он содержит в себе все возможности,
Как будто бы мир был текстом, а текст был миром,
И то, что в итоге сделалось чистотой,
Есть не что иное, как место,
Отделённое от сошедших с листа и ушедших в мир букв,
Являющее собой контраст между доскональностью всякого развития 
(см. «Доски судьбы» Велимира Хлебникова)
И напряжённой космической непроявленностью потенциала,
Ибо что есть tabula rasa по отношению ко всякому моменту осознания-осознавания,
Как не схваченное в квантовании бесконечного приближения
Прошлое,
Оно же – при соблюдении некоторых условий – и будущее
(подобно тому, как мысленная интенция связана с будущим текстом),
Но никак не настоящее (здесь подчёркнуто: никак не настоящее) –
Так и мир, обозначенный ушедшими буквами,
Являет собой прошлое и будущее,
А настоящего в нём нет (эта секунда заколочена досками),
Так и чистота – отделённое место,
Не зарешёченное настоящим временем,
Титанический состав высказывания,
Аскеза
этих букв.
Метки: