?

Log in

No account? Create an account

Никита Янев (Московская область, Мытищи). Загробная компенсация
aesthetoscope
Загробная компенсация 1



Кому, чему? Вот это самое главное. Кому, чему? Зарплате, детям, нашим ты сообщаешь, что ты выжил? Да нет же, только ему. Кому, чему? Кому чему.
Конечно, ты бы хотел загробной компенсации, но ведь она за гробом. А здесь сюжет и интрига, что во время опасности можно замереть и выживешь.
Бог, как бэтмен, всё время улетает из каждой минутки. Вообще-то это были мы, которые всё построили и всё потеряли. Одни с офигительной зарплатой, другие вообще без зарплаты. Одни с кучей детей, другие с чужими детьми.
Одни 20, 30, 40 лет всё время наблюдали интригу, как свобода становится нищетой, нищета становится корыстью, корысть становится свободой. Другие вообще не наблюдали, потому что вместе с Богом, как бэтмены, улетали из минутки.
И поэтому, можно сказать, единственные, кто хоть что-то знали, но нам не сказали, а если сказали, нужны были медиумы, которым бы мы поверили, что они не ломаются и не надувают.
А, правда, пошли на все униженья. Стали приживалками, чмошниками, юродивыми, чтобы всё время видеть, как Цой с Гребенщиковым разговаривают и Башлачёв с Шевчуком, как городская культура с деревенской, как выжившие с бессмертными, что нельзя продавать смерть, продашь жизнь.
На Соловках была община. Седуксеныч, Самуилыч, Димедролыч, Соловьёв, Вера Верная, Ма – были родные. Поэтому я всё время Соловки вспоминаю. Дело в том, что сложные были естественным противовесом простым, чтобы не скатиться на дно.
Тогда дно превращалось в весть, что на небе нельзя жить, на небе можно только спасать, а земля – часть неба. Поэтому я говорю, что на Соловках была община.
В сущности, я ведь только год жил на Соловках всплошь. Кстати, это был самый тяжёлый год в поколенье, переломный.
Вера Верная и Никита, Соловьёв и Мария рифмуются всё время. Вера Верная на этот год уезжала с Соловков, потому что они поговорили с Соловьёвым, что дальше так нельзя.
А Никита на этот год уезжал на Соловки, потому что они поговорили с Марией, что должен быть выход. Только у Веры Верной и Соловьёва целый город из детей и внуков, а у Никиты и Марии дети – все, и они 2 аборта делали.
И вот почему эта рифма важна, тем более теперь, когда живут уже дети и начинают жить внуки. Потому что опять: нищета – корысть – свобода. И опять должен быть медиум, который расскажет нерождённым детям, что говорит каждый день Цой Гребенщикову и Башлачёв Шевчуку во сне и наяву.

Читать дальше...Свернуть )