Category: здоровье

Category was added automatically. Read all entries about "здоровье".

Александр Жуков (Электросталь). Стихотворения

Трактористка

Ты трактористка невиданных иллюзий и снов.
Я неадекватный зритель коалиции.
Если я произношу слово «любовь»,
То не сдаю сердечной позиции.
Прижмись ко мне своей душой,
Погладь мои волосы кистью руки,
Останься, пожалуйста, вместе со мной,
Будто недолюбовники мы, а не враги.
Мне только и нужно, лишь то,
Чтоб ты пересекла мой экватор.
Твоя амуниция – траурное пальто,
Будоражит мой интимный кратор.
Я фетишист, вдыхающий твоё либидо,
Твои критические, и тебя всю.
Я твой начальник, не подающий вида,
Я безумно и нелепо тебя люблю!
А ты, заведя свой жизненный мотор,
Напором бороздишь мои страдания,
Будто над головой наточенный топор,
Рубящий: любовь, эмоции, признания…
Я полиглотирую твои образы,
Принимаемые женщиной хамелеоном.
На твоей футболке стразы,
Сверкают псевдомиллионом!
И я сверкаю, как светлячки,
У меня слишком мало бензина,
Сверкнуть! Чтоб через свои очки
Ты увидела как мной ценима-любима!
Ты бульдозер невидимых иллюзий и снов,
Я начальник интимной милиции,
Если произносится слово «любовь»,
Нельзя нарушать традиции…


Collapse )

Александр Елеуков. "Концепция прекрасного" (часть 5, признак 4)

5. Пять признаков красоты прекрасного

Признак четвертый

АЕ. Сколько хлопот нам уже доставило прекрасное; как бы оно не ускользнуло от нас вовсе. Впрочем, я говорю пустяки; ты-то, я думаю, легко разберешься с ним, когда окажешься один. Но ради бога, сделай это при мне или, если хочешь, давай разбираться вместе, как делали только что; и, если у нас получится это, то будет отлично, если же нет, я, думается мне, покорюсь своей судьбе, а ты легко постигнешь его, оставшись один. А если мы постигнем его теперь, не беспокойся, я не буду надоедать тебе расспросами о том, что ты постиг самостоятельно. Сейчас же посмотри снова, чем тебе кажется прекрасное. Я говорю, что оно... только ты следи за моей мыслью повнимательнее, как бы мне не сказать чего-нибудь несуразного... пусть у нас будет прекрасным то, что пригодно. Сказал же я это вот почему: прекрасны, говорим мы, не те глаза, что кажутся неспособными видеть, но те, что способны видеть и пригодны для зрения. Не так ли?
Гиппий. Да.
АЕ. Не правда ли, и все тело в целом мы в таком же смысле называем прекрасным, одно - для бега, другое - для борьбы; и все живые существа мы называем прекрасными: и коня, и петуха, и перепела; так же как и всякую утварь и средства передвижения: сухопутные и морские, торговые суда и военные; и все инструменты, как музыкальные, так и те, что служат в других искусствах, а если угодно, и занятия и обычаи - почти все это мы называем прекрасным таким же образом. В каждом из этих предметов мы отмечаем, как он явился на свет, как сделан, как составлен, и называем прекрасным то, что пригодно, смотря по тому, как оно пригодно и в каком отношении, для чего и когда; то же, что во всех этих отношениях непригодно, мы называем безобразным. Не думаешь ли и ты так же, Гиппий?
Гиппий. Да, думаю.
АЕ. Так, значит, мы правильно теперь говорим, что пригодное скорее можно назвать прекрасным, чем все иное?
Гиппий. Конечно, правильно, Александр.
АЕ. Не правда ли, то, что может выполнить какую-нибудь работу, для нее и пригодно, то же, что не может, непригодно.
Гиппий. Конечно.
АЕ. А значит, возможность что-либо сделать - это прекрасно, а невозможность - безобразна?
Гиппий. Вот именно. Все, Александр, подтверждает, что это так, а в особенности государственные дела: ведь в государственных делах и в своем собственном городе быть в состоянии сделать что-либо прекраснее всего, а бессилие - всего отвратительнее.

Collapse )