Category: литература

Category was added automatically. Read all entries about "литература".

Что такое Эстетоскоп?

"Эстетоскоп" - издательство и литературно-художественный альманах. В первую очередь издательство, во вторую - альманах. Мы ориентируемся на авторскую книгу, на книгу, сделанную красиво и добротно, с тщательной редакторской работой, с индивидуально выбранным иллюстратором, в хороших традициях типографики. Любим поэзию, не чуждаемся хорошей прозы. Приглашаем авторов к сотрудничеству, к исполнению мечты увидеть свой текст на бумаге!

Альманахи "Эстетоскоп" - это наша страсть и наша гордость. Каждый из них завершен и достоин прочтения, любой представляет собой срез времени и отражение литературного процесса. Если вы хотите представить, насколько старательно могла бы быть сделана ваша книга, - полистайте наши альманахи в архиве Эстетоскопа.

Альманахи "Эстетоскоп" выходит в свет несколько раз в год, последний выпуск - Эстетоскоп_2014.Проза - вышел в свет в ноябре 2014 года, в 2015 году мы планируем собрать два выпуска.

Движение текста у нас такое - размещение в ЖЖ (в редакционном портфеле Эстетоскопа), следом публикация на сайте aesthetoscope.info (в онлайн-журнале Эстетоскоп.инфо), затем формирование электронного издания в рамках проекта Эстетоскоп_в печать (публикация в виде, пригодном для распечатывания) и наконец сборка бумажного альманаха Эстетоскоп.

Collapse )

Игорь Альмечитов (Воронеж). Таракан

…Я сидел в неустроенном придорожном кафе рядом с автовокзалом и наблюдал за тараканом пересекавшим грязный, весь в снежной слякоти пол из одного конца помещения в другой. Таракан полз неторопливо и размеренно, к какой-то своей непонятной мне цели, с постоянной скоростью, словно заранее рассчитал через какое время он доберется до противоположной стены. Забыв на время обо всем, я наблюдал за его движением, где-то на периферии собственных мыслей вспомнив о том, что давно уже не удивлялся простым и обыденным, мало кому заметным вещам. Таракан казался венцом природы – гордым и неторопливым существом, которое было готово к смерти в любую секунду и точно знало что ему нужно. Казалось, в его жизни было гораздо больше смысла и опасностей, чем в моей и полное смирение перед своей судьбой, какой бы жестокой она ни была.
Несколько раз на него чуть было не наступили, но он, похоже, даже не обратил на это внимания и не снизил темп своего движения. Через пару минут из глубин кафе выполз помятый и заспанный облезлый кот и лениво начал обходить зал в поисках пищи, потом вдруг увидел таракана, подошел к нему, обнюхал и так и застыл, глядя на его неспешное движение. Я вдруг вспомнил Довлатова с его одой тараканам. Действительно, что плохого сделал таракан – укусил кого-то? Обидел? Оскорбил чье-то национальное достоинство?.. Откуда у нас это презрение и отвращение?..
А таракан тем временем полз, и мы с котом с удивлением, безотрывно наблюдали за его движением. Тот тем временем заполз под ботинок какого-то забулдыги с пропитым лицом, сидящего за соседним столом и на несколько секунд скрылся из виду. Я бы с удовольствием попросил забулдыгу не двигать ногой, если бы не боялся выглядеть полным идиотом с такой просьбой. Но, спустя секунд пять-шесть, таракан выполз из-под ботинка целый и невредимый и спокойно двинулся дальше, пока не скрылся из вида под столом…
Кот зевнул, потянулся и так же лениво, как и раньше, пошел к выходу. Я остался сидеть на месте, ожидая прибытия своего автобуса.
Вряд ли в этот день случилось что-то еще, почему мне и запомнился этот таракан… не умер и не родился никто из близких мне людей, вроде бы не началась и не закончилась никакая война и вряд ли произошло какое-то иное более или менее знаменательное событие, имеющее отношение к моей жизни… таракан не был ни аллегорией, ни притчей… таракан был просто тараканом, который заставил задуматься о своей собственной жизни и дал один из немногих поводов посмотреть на себя со стороны и побыть наедине с собой…

Ксения Сурженко (Саратов). Стихи

Плач Маргариты

а плечи, плечи с бременем...
искалечили, искалечили...
смотри, какие у тебя глаза!
в них пустыня. твоя голова
покрывается нитями снега, и я остаюсь с тобой.
теперь ты смеёшься, ты прежний.

я буду твоей рукой,
а ты моим сердцем,
и вместе мы будем жить.
как раньше, всё будет как раньше...
я обещаю тебе, не зря...

чпок
как сухой бамбук
разломился вслух,
плечи пополам,
и лишившись рук,
и лишившись ног,
потерявши сон,
коротал утра.
ночи тьмы лишил
упакован в снег,
запорошен льдом,
сдавлен бродом рек.
падал на живот,
разбивал лицо,
и сломался вдруг
от испуга.
от
бесноватости ожиданий,
времени до весны,
от хрупкости водородных пальцев,
сжатой в баллоны, в сны.
от катакомб сосудов
и в них замёрзшей крови.
от одиночества.
пересудов
вчера и сегодня.
любви.


Collapse )

Евгений Вишневский (США, Лос-Анджелес). Рисунки и стихи

Untitled-28 [1024x768]_1

* * *

Над рекою летают стрекозы,
В берег щука упёрлась хвостом.
И библейские рыжие козы
Разбрелись по полю крестом.

Зной звенит, будто муха в коробке.
Мокнут ветки в тёплой воде.
У причала в безвёсельной лодке
Ты сидишь, словно куст в огне.

Я люблю тебя, женщина в лодке
Между берегом правым и левым.
Мель песчаная в форме селёдки
В лунном свете мерещится мелом.

Я люблю тебя, женщина в лодке.
Ты жена, я – охотник и муж.
Тополя, как зелёные щётки
Птиц сметают с тарелочек луж.

Collapse )

Оак Баррель (Москва). Стихотворения

НАБЛЮДАЮ МОЛЧА ИЗ РЕДКИХ ОКОН

Наблюдаю молча из редких окон
За бредущими порознь в оврагах улиц
Пальцевидных прохожих скупыми парами.
Перископы домов выцветают в лужах.
Непривычно далекими, даже старыми
Нахожу свои письма – твои ответы.
Не писал почти год, и кидал монеты:
Каждый раз выпадала – поверишь? – решка.
Вот и снова она же. На дне газеты
В перепутанных строках и фото – пешка
Телебашни растянутой кем-то в нитку.
Если уж не ворота, то хоть калитку
Мне оставь открытой среди мгновений
Частокола твоей суетливой жизни.
На плечах твоих снова привычно виснет
Мозаичное тело ночного неба.
Откровений – и праздных и нет – не надо.
В самом первом ряду всех планет парада
Пронеслось, не оставив и тени следа,
Что-то большее.
Может, опять победа,
Но, возможно, что просто сухое горло
Не позволило все, что сказать хотелось,
Изложить словами. Не то чтоб пелось –
Между нами и суффикс с трудом пролезет –
Но о самом главном и так понятно,
Хоть и голос бумажный звучит невнятно.


Collapse )

Лев Толстой. Письмо к индусу. В рамках проекта Aesthetoscope_в печать.

В рамках проекта Aesthetoscope_в печать мы публикуем сегодня малоизвестную работу Льва Толстого "Письмо к индусу". В этой статье емко и отчетливо раскрывается тема, всегда волновавшая автора, - что делать если возмущение против несправедливости лишает покоя, как сохранить собственное достоинство в условиях оскорбления, унижения и угнетения, в обстоятельствах попрания естественных человеку прав. Работа "Письмо к индусу" особенно актуальна сегодня, мы рекомендуем ее к прочтению. 



О проекте Aesthetoscope_в печать
Как читать и как распечатывать издания Aesthetoscope_в печать
В рамках проекта Aesthetoscope_в печать мы готовим к публикации работы Махатмы Ганди, Мартина Лютера Кинга и Джина Шарпа. С интересом примем ваши предложения о составе публикаций в этом проекте.

Евгений Грачев (Саратов). Ты

« Бесит, - говоришь - и всё!»
Отдохнуть бы надо малость,
Я тебе подам пальто,
Лучше б ты не возвращалась!

Раздражает всё подряд,
Кресло, на стене картина,
Ты всегда, как водопад,
Или снежная лавина.

Раздражает интерьер,
Занавесочки из ситца,
Ты всегда, как сто пантер,
Или хитрая лисица.

Грусть накроет, как дома,
Накрывает белой пудрой.
Я с тобой сойду с ума,
Самой глупой, самой мудрой.

Самой вредной и ручной,
Разобиженной, упрямой,
Самой сложной и простой,
Ну, конечно, самой-самой…

Юрий Тубольцев (Германия). Афоризмы

Глава "Афорогенезис постнеоабсурда"

Тваретворение
Человек – это марионетка, у которой столько ниточек, сколько слов

Смысломация
Скомкав лист, не деформируешь смысл

Мастер Цынь и чистый лист
Попробуйте отчистить чистый лист от пустоты! – сказал ученикам мастер Цынь
Нарисуйте на пустом лице свое лицо и попробуйте прочитать себя – сказал ученикам мастер Цынь
Нарисуй себя на чистом листе таким, какой ты есть, а потом дорисуй себя таким, каким ты хочешь быть – сказал ученику мастер Цынь
Сотрите с автопортрета себя так, чтобы остались только изъяны – сказал ученикам мастер Цынь
Сотрите с автопортрета лист так, чтобы оставить только себя - сказал ученикам мастер Цынь
Стирая изъяны с портрета, можно остаться с чистым листом
Даже стирая портрет до чистого листа, не сотрешь изъянов!
Сотрите с автопортрета себя так, чтобы остались только изъяны – сказал ученикам мастер Цынь
Сотрите с автопортрета лист так, чтобы оставить только себя - сказал ученикам мастер Цынь
Нарисуй себя на чистом листе таким, каким ты себе кажешься, а потом дорисуй себя таким, какой ты есть – сказал ученикам мастер Цынь
Изъян на автопортрете - оказался складкой на листе.

Таинство личности
Нарисуй на одном листе свое лицо, а на другом – свое истинное лицо, а потом наложи листы друг на друга – сказал ученику мастер Цынь

Пробеловысь
Пробел – это пространство для надежды

Пробелословие
Пробел пуст без слова, слово пусто без пробела

Умение читать
Читать надо, пропуская слова и артикулируя пробелы

Глава "Камни минимализма – сюрартсофигрофикация"

Эмоции в пробеле
Невыразимое выразить всех проще, всего одним нажатием на пробел

Стружка из пробелов
Буквалисты заостряют книжный лист, превращая в стружку пробел

Текст дышит пробелами
Пробелы – это воздух текста, но многие не замечают их

Предназначение
Задача поэта – стать колющей чувства иголкой в стоге литературы

Метаморфоза книг
Книги – это живые организмы, буквы в которых, также, как и клетки у людей, постоянно обновляются

Торжество номинализма
Если люди кактусы станут называть пальмами, а пальмы – кактусами, то пальмы станут кактусами, а кактусы – пальмами

Александр Жуков (Электросталь). Стихотворения

Трактористка

Ты трактористка невиданных иллюзий и снов.
Я неадекватный зритель коалиции.
Если я произношу слово «любовь»,
То не сдаю сердечной позиции.
Прижмись ко мне своей душой,
Погладь мои волосы кистью руки,
Останься, пожалуйста, вместе со мной,
Будто недолюбовники мы, а не враги.
Мне только и нужно, лишь то,
Чтоб ты пересекла мой экватор.
Твоя амуниция – траурное пальто,
Будоражит мой интимный кратор.
Я фетишист, вдыхающий твоё либидо,
Твои критические, и тебя всю.
Я твой начальник, не подающий вида,
Я безумно и нелепо тебя люблю!
А ты, заведя свой жизненный мотор,
Напором бороздишь мои страдания,
Будто над головой наточенный топор,
Рубящий: любовь, эмоции, признания…
Я полиглотирую твои образы,
Принимаемые женщиной хамелеоном.
На твоей футболке стразы,
Сверкают псевдомиллионом!
И я сверкаю, как светлячки,
У меня слишком мало бензина,
Сверкнуть! Чтоб через свои очки
Ты увидела как мной ценима-любима!
Ты бульдозер невидимых иллюзий и снов,
Я начальник интимной милиции,
Если произносится слово «любовь»,
Нельзя нарушать традиции…


Collapse )