Category: лытдыбр

Category was added automatically. Read all entries about "лытдыбр".

Роман Кузнецов (Волгоград)

* * *

Черные тучи,
Серебряный графин,
По рукам течет
Раскаленный парафин.

* * *

Разбитые стекла,
Огни испуга
Выскочил ужас.
Из ниоткуда.

Пропало время,
Пропала любовь.
Украли форму -
Вытекла кровь.

Крики пропащих,
Боль и страх.
Свет прожекторов -
Дым в моих глазах.

Затевается пожар -
Запирается тюрьма
Наступил кошмар,
Наступила тьма.

И повисла тишина.
Всё закрылось.
И не слышно больше криков -
Все забылись.

* * *

Мы были невинны,
Мы думали, есть шанс.
Мы были слишком наивны –
Мы потеряли нас.


Collapse )

Дмитрий Шорскин (Омск). Программа «Рай»

Пролог

А может быть, хватит?! Хватит видеть сны, где все идет, как когда-то хотелось и как хочется сейчас, где вокруг нужные люди, нужные по-настоящему, а не сиюминутно, где хорошо. Просто по-человечески хорошо. Я не знаю что такое счастье. Пока не знаю. Как-то в несколько голов об этом думали. Не додумались. А там вот (в этих снах) это ощущение счастья есть. После такого, если бы оно было в реальности, и умирать не страшно. Ведь страшно умирать оттого, что поставленные собой цели и задачи не были выполнены….
А может быть, хватит?! Хватит ставить перед собой невыполнимые цели и задачи, а потом грызть себя, съедать изнутри потихоньку, незаметно от окружающих, которые непонятно чего тебе желают: добра или зла, и, возможно, готовы сами тебя съесть, но снаружи.
А может быть, хватит?! Хватит окружать себя теми, которым страшно открыться, так как они могут тебя изгрызть, ссориться с теми, кто нам нужен и стараться сохранить отношения со всяким дерьмом, хотя это, несомненно, проще и удобней.
А может быть, хватит?! Хватит бояться всех этих сложностей и последствий, предаваться рефлексии, доводя себя до хронической, неизлечимой паранойи,- забивать голову прошлым, надеяться на будущее, но гнить, гнить в настоящем!
А может быть, хватит?! Хватит обходить все подводные камни: соблюдать диету, устанавливать для себя табу, держаться в рамках придуманных кем-то не очень умным очень давно.
А может быть, хватит стремиться к тому эфемерному «счастью»?! Стоит задуматься: если все идет хорошо, а жив ли я? Жив ли как личность хотя бы, не говоря уже о прочей мифической и мистической шелухе….
От этих мыслей захотелось выпить…Collapse )

Жанар Кусаинова (Санкт-Петербург). Увидеть, как улетает душа. Тамоакан (между прозой и пьесой)

В.Л.

Часть первая

Помню отчетливо…
Мне было 6 лет.
Ему 7.
Мы прятались в каком-то сарае, на краю нашего горного поселка, в котором ничего кроме пыли, камней, холодного ветра.
Он вынул из кармана какую-то крохотную ящерку.
Она напрасно вертелась в его руках.
Она пыталась вырваться, спастись.
Я молчала, мне было страшно следить за ним.
Я застыла в ужасе.
Он заглянул в мои глаза своими темными, печальными.
-Смотри, она живая! А теперь… - он сделал резкое движение руками, и ящерка перестала биться в его руках. Она замерла.
Он смотрел на нее так, как смотрят исследователи и ученые.
- Она умерла, – сказал он.
Я молчала. Я боялась.
Смерть пугала меня. Как же это возможно? Только что она была живая, и спустя всего одну секунду…
Мальчик - мой сосед, одинокий, печальный, пугал меня, как смерть.
Но уйти я не могла. Я не могла оставить его одного в печали и одиночестве.
Он вынул из кармана грязное, чуть треснутое увеличительное стекло. Вытер его об свою замызганную рубашку. И стал глядеть на тело крохотной ящерки.
Я встала рядом с ним, несколько раз, я заглянула через плечо.
-Что ты хочешь увидеть? – наконец я не удержалась, и спросила.
- Я хочу увидеть, как улетает душа, – ответил мальчик.
Мы стояли еще несколько минут, но так ничего не увидели.
- Моя мама умерла неделю назад. Бабушка говорит, что ее душа улетела. Я хочу понять, как это происходит. И можно ли поймать улетевшую душу…- сказал мне мальчик.
-Поймать улетевшую душу, - повторила я вслед за ним.
Мы похоронили маленькую ящерку.
Опытов мальчик больше не повторял.
А потом мы долго сидели на берегу горной реки. Заканчивалась осень, листья давно облетели, и голые ветки деревьев были похожи на звериные когти.
Мы говорили о том, например, куда девается душа, когда мы умираем. И что происходит с ней, когда мы спим. И о чем-то еще таком говорили.
Мой друг был в отчаянии. Он хотел понять, что такое смерть. И не мог. Когда он спрашивал у взрослых, те отмалчивались, или, что еще хуже, принимались сюсюкать и жалеть его.
И это было труднее всего.
Нам казалось, то взрослые скрывают от нас какую-то тайну, или сами не знают ничего про смерть.
И это было страшнее всего.
Прошло очень много времени с той поры. Мой друг стал врачом, отличным детским врачом. А ответов на вопросы про душу у него по прежнему нет. И у меня тоже.

Collapse )

Сергей Ходич (Украина, Симферополь). Страусу тоже хочется немного любви

Она молчала рядом на кровати. Едва ли не мурлыкала только. Я смотрел на ее слегка смуглое тело. Свет сквозь занавески подчеркивал ее округлые, мягкие формы. Она не была пухлой, как не была худышкой. Идеальный вариант, как по мне.
Я курил, стряхивал пепел с сигареты в пепельницу, которая погрузилась в тропические заросли черных густых волос на моей груди, и смотрел на нее. Пожалуй, она была красива. Может даже она была самой красивой среди тех, кто побывал в этой постели до нее. На ее хрупких плечах устало повисло старое дырявое покрывало, но все еще почти белое. Оно едва скрывало ее спелые сочные груди. Я смотрел на них, упругие соски прятались за покрывалом вне моего взора.
- Что скажешь? – как обычно не выдержал паузы первым я.
С ней всегда было так. Каждый раз одно и то же. Она могла молчать, казалось часами. Ее абсолютно не тревожило время, словно оно было ей вовсе нипочем. Я и сам из тех парней, кто не придает, по крайней мере, старается не придавать времени особого значения, я не цепляюсь за каждую минуту просто так. Но не рядом с ней. Когда она была рядом, я становился страшно нетерпим к проходящему мимо спокойной походкой времени. Я именно цеплялся за каждую минуту, считал каждую секунду мерно проплывающего мимо нас времени. Интересно, что в эти мгновения происходило в ее милой черноволосой головке? Я смотрел на ее еле улыбающееся лицо, и в голове у меня раз за разом в такие моменты возникала одна и та же картина – замершая от жары пустыня. Обжигающая, непокорная, но, абсолютно мертвая. Ни звука, ни души.
- Мне понравилось, - кротко, словно сонным голосом сказала она мне в ответ.
- И? – спросил я, с трудом выдавив из себя одно слово.
Collapse )

Алиса Чопчик (Молдова, Кишинев). Дневники

Алина. 23 ноября 2008.
Я всегда презирала самоубийц, считая их слабаками. Я считала их нытиками, вечно недовольными своей жизнью, которые не хотят открыть свои глаза и увидеть, что жизнь, несмотря ни на что продолжается. А значит, ты должен взять себя в руки и двигаться вперед.
Однако я не знала, что когда ты – третье лицо, которое лишь наблюдает, а не испытывает все на себе, намного легче. Теперь же я понимаю, что никто не вправе обвинять другого человека в содеянном, не испытав ту боль, ту муку, то одиночество, что испытал он сам.
Когда я узнала о гибели своих родителей, мои ноги и руки задрожали, трубка соскользнула со вспотевших рук и упала, повиснув на проводе. Я сползла по стене, тихо рыдая, прижав к груди кухонное полотенце. Картошка запекалась в печи, ее запах повис в воздухе, напоминая, для кого я готовила этот ужин. Они спешили ко мне, а сейчас их уже нет. Иногда кажется, что родители вот-вот позвонят в дверь. Папа начнет жаловаться на радикулит, а мама найдет изъяны в моей стряпне. Бывает, я и вправду слышу их голоса в общем коридоре, но подбегая к глазному зрачку, никого не вижу. Все это иллюзия, пыль, которая сводит меня с ума.
В день похорон я рассталась с Гришей. Я любила его, любила всем сердцем, но в тот момент, оно было отдано, целиком и полностью, моей семье. Семье, которой уже нет. Я не хотела изводить его своими мученьями. Не хотела, чтобы Гриша мучился вместе со мной, и поэтому ушла. Он просил не делать этого, говорил, что будет со мной всегда и даже неуклюже попытался сделать предложение. Но когда Гриша сел на одно колено, я расплакалась и швырнула в него хризантемами.
Я всегда презирала самоубийц, но мне отчаянно захотелось уйти на тот свет вместе с родителями. Это был не каприз, не слабость, это была потребность. Я уже начала думать, как покончить с собой, но когда гробы стали закрывать, эти ужасные мысли ушли. Я почувствовала, что мама с папой забирают вместе с собой мою прошлую жизнь и, возможно, дают дорогу другой, более лучшей. Гробы медленно опустили. Моя дальняя родственница дала мне две розы. Я улыбнулась кончиками губ и кинула цветы.
С тех пор, я ненавижу розы…

Collapse )

Алиса Чопчик (Молдова, Кишинев). Королева

Меня зовут Румпельштицхен. Я – обычный житель Тридевятого королевства, имеющий скромную, но прибыльную силу. Она состоит в том, что я заключаю сделки с другими жителями царства, исполняя их желания. Конечно, как же не без выгоды. Обычно, моя прибыль – это дети. Некоторых я съедаю, некоторые мне прислуживают, но немного позже я все равно их съедаю, если честно.
Вы, наверное, думаете, что я ужасный человек, но это не так. Я просто выживаю, как голодный волк или как все живое на планете.
Спросите, почему я пришел? А потому, что я хочу поведать настоящую историю Тридевятого королевства. Хочу рассказать о том, что персонажи не так уж и идеальны. Только… детям уши закройте. Они не переживут такую истину, и их маленький волшебный мирок может рухнуть и потонуть в этом грязном мире. Да-да. Все так плохо…
И так, Вам поведали лишь маленькую часть нашей жизни, приукрасив, кое-что, убрав, сделав ее детской, какой-то картонной и ненастоящей.
Отец Белоснежки, например, умер не из-за Мачехи. Его смерть была настолько нелепой, что Вам решили рассказать о злой тетеньке, которая убила своего мужа. На самом деле, все было не так. Королева любила своего мужа и сошла с ума она, только после его смерти – не смогла пережить такую утрату.
Король как-то вышел во двор, он подошел к деревянному мосту полюбоваться рекой. Но, как только король зашел на этот мост, он схватился за сердце и упал. Так он и помер. В нашем царстве, как Вы знаете, средневековье, а потому никто и не знает, от чего умер старик. Королева три дня и три ночи ничего не ела. Она сидела в своих огромных покоях и смотрела в маленькое зеркальце. Однажды, она вышла на улицу и издала тринадцать законов, настолько абсурдных, насколько они могут быть. Люди начали противостоять, и королева уехала; Белоснежка вышла замуж, ее подружка Золушка тоже, Красная Шапочка и злобный волк, вскоре, почувствовали друг к другу нечто большее, чем ненависть и дружбу, и тоже поженились. Ну, а я, я продолжаю наблюдать за нашими жителями и удивляться их порочностью.

Collapse )

Илья Криштул (Москва). Миниатюры

КРАCИВАЯ СКАЗКА
Жил-был хороший человек Серёжа. Однажды угораздило его влюбиться в девушку Соню и сделал он ей официальное предложение. Отказала ему Соня. Погоревал Серёжа три дня и три ночи и влюбился в другую девушку, Ирой её звали. А она ему тоже отказала. И стал Серёжа жить весело и счастливо, ездить на охоту и рыбалку без разрешения, пиво пить и лук с чесноком есть, посуду за собой не мыть и носки разбрасывать по всей квартире, крышку унитаза не опускать и девушек домой приводить. А ещё он сериалы по телевизору вообще не смотрел и Диму Билана не слушал, в магазин ходил, когда захочется, а, когда не хотелось, на диване лежал и чесался везде, как животное. И пылесосил, когда грязно, а не по субботам, и мусор выносил не по утрам, а когда его, мусора, много становилось. А старые газеты на шкаф складывал. И по магазинам 7 марта не бегал. И даже зарплату никому не отдавал, а сам тратил, на себя, на друзей да на женщин разных. А как он в ванной блатные песни пел! И никто ни разу ему не сказал, что б он заткнулся и что у него слуха нет. И нервы у него крепкие были, и кудри чёрные, и зрение хорошее, и даже сердце никогда не болело. И когда исполнилось ему 100 лет, он умер от старости, а не от какой-нибудь язвы. И в гробу лежал счастливый-счастливый и улыбался, хотя вокруг все плакали.
Вот какую красивую сказку я сочинил. Я б ещё написал, но скоро жена вернётся, а у меня пол не вымыт, курица не сварена и ковёр не вытрясен. И полочку я какую-то на кухне не повесил, и комнату не проветрил, и Руслану не сказал, что он алкаш и что б он больше мне не звонил со своим дурацким футболом под пиво. А сказка хорошая получилась… Эх…

Collapse )

Игорь Альмечитов (Воронеж). Москва-Благовещенск

…В начале 10-го я таки не выдержал и написал ей… Просто вырвалось… криком души. (Хотя, что уж там… говоря откровенно, сообщение было не более глупым, чем большинство моих поступков). ”Ну, и спокойной ночи… И даже совсем не соскучился по тебе… Ну, ни капли не соскучился…” Сообщение ушло. Я положил телефон на тумбочку возле кровати и бездумно стал переключать каналы телевизора, ожидая ответа.
В течение часа сообщения от нее так и не пришло. (И вполне логично, что не пришло. Тогда ведь я еще не знал ее характера…) Я оделся, спустился в кафе гостиницы, оставив телефон в номере, и просидел там вплоть до закрытия, пока от кофе и пирожных уже не начало подташнивать…
Глупо, скажете? Глупо… согласен… Но просто ничего не мог с собой поделать… Не я первый и, думаю, не я последний… такой идиот… даже в ее жизни…

Collapse )

Ашот Караханов (Украина, Киев). Пустота (часть 1)

В одно дождливое утро, когда было мрачно на душе и слякотно на улице, я вышел из дому, чтоб удовлетворить силу своих тягостных привычек. Я шёл и думал, сила, тягость и привычка, наверное, эти три слова можно заменить в употреблении на одно более яркое более глубокое, нежели рассказывать о своей жизни. И не важно кому рассказывать первому встречному или второму или самому себе о том, что ты сам знаешь, и вообще я думал какой смысл и почему нужно кому- то рассказывать о своей жизни, даже если этот кто-то, есть ты сам. Рассказывать самому себе, это напрягать самого себя, не просто в мыслях, это нужно напрячь свою душу и сердце, да так, чтоб это самое сердце не выпрыгнуло с твоей груди и не побежало б всем рассказывать о твоей жизни прошлой, или настоящей, но только, не, будущей, потому что каждый человек пришедший в этот мир уже знает своё будущее, как только этот человек начинает мыслить, мыслить, как здраво умный, как только он начинает определяться в своей матерчатой жизни, он уже с раннего детства начинает думать, ну если не о своей смерти, то о смысле своей жизни. Может кто-то скажет, что о смысле жизни вообще, как о философии, я отвечу, нет, и буду прав. Каждый человек рано или поздно задаёт вопрос: почему родился я? Почему я родился не кем-то? И вообще, почему я родился, какова моя миссия? Хотя и помню неоднократные вопросы отцу, в глубоком детстве, ой нет, поправлюсь, глубокое, наверное, старость, а детство это ранняя пора. Хотя те люди, которые задают этот самый вопрос в своей глубокой старости, по моему просто впадают в детство, но никто и никогда не может ответить на него правильно. Хотя и правильный ответ относителен, только не подумайте, относительно своего возраста, скорее всего, что он относителен, своего личного понятия, а выражаясь нормальным языком, понимания. Да, да, именно пониманием своего личного восприятия на жизнь, независимо относительности возраста. Хотя о каком отношении я могу говорить, когда вышел из дому без всяких напрягающих мыслей по поводу смысла жизни и вообще, почему я родился. Я вышел, потому что мне стало тоскливо, меня бросила жена, убежав вдогонку за иллюзией своего счастья, меня кинула родная сестра на вонючие зелёные какашки по типу долларов США не просив а требовав расчёт за какую-то лишнею жилплощадь на которой я проживал со своей старушкой мамой. Мне было, очень жаль, что моя мама умерла после этих наездов, но что поделаешь, всегда думал я, такова жизнь, таков видимо смысл этой жизни. Ведь в жизни всегда чего-то не хватает, "чего-то" конечно понятие относительное, потому что у всех это "чего-то" разное, разное, относительно какой-то их жизни. Хотя это что я пишу, и не относится к чьей-то конкретной жизни, я просто вышел из дому, чтоб выпить бокал кислого пива в грязном и вонючем кафе.

Collapse )

Евгений Усович. Эффект Буратино. Фантастическая повесть. Фрагмент

«…Длинный нос Буратино
проткнул насквозь котелок,
потому что… и очаг, и дым
и котелок были нарисованы
бедным Карло на куске ста-
рого холста.»
А.Н. Толстой


Ночь… Тусклая луна щербато усмехается в моем окне… Ночь… и тишина,… данная навек…Или просто одинокая лампочка отражается в запотевшем стекле?… Я вдали… вижу город, которого нет… И не окно это вовсе, а привычный театральный занавес, расписанный искусным декоратором… А города нет, и тишины вечной нет, и воды нет одной и той же…Этот режиссер всегда умело и вовремя меняет декорации… «Весь мир театр, и люди в нем актеры»… Знал ведь великий лгун, что театр-то марионеточный, наверняка знал… А промолчал. Или, может, кто-то тяжкую длань возложил на гениальное перо? Тут и гадать нечего. Сам кукловод и возложил. А ну как, неровен час, куклы сами за веревочки дергать надумают… Думать-то никто не запрещал. Тут уж всему спектаклю… Вот, вот… Не-ет, каждому в своей реплике дернуться назначено им лично. Были ведь уже такие инициативные… И что получилось? Каждому свое… Каково? Так что знать об этом положено только кукловоду…
Кажется, идут ко мне… или опять смена декораций?
. . .

Collapse )